Свидомость против морали: Инквизиция восстановлена!

За моралью в Украине будут следить бывший охранник тюрьмы, «кастратор» Гоголя и актриса. В помощь им выделены гимнастка и специалист по медицине.

На прошлой неделе Кабмин утвердил членов Национальной комиссии по вопросам защиты общественной морали. В состав ее экспертов ввели директора Института философии Мирослава Поповича, печально известного главу издательства «А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-ГА» Ивана Малковича и секретаря «Спілки письменників» Андрея Куркова. В помощь им выделены олимпийская чемпионка по художественной гимнастике Екатерина Серебрянская и профессор Медицинского университета Николай Бойко. А возглавила «инквизиторов» дама — Наталья Сумская, сестра исполнительницы роли Роксоланы — Ольги и, если кто забыл, тоже актриса.

За моралью в Украине будут следить бывший охранник тюрьмы, «кастратор» Гоголя и актриса. В помощь им выделены гимнастка и специалист по медицине.

Цензоров набрали по принципу «с бору по сосенке». Но что характерно! Никто из этих интеллигентов не отказался. Смотреть порно за государственный счет, а потом определять, что из него можно показывать народу, — приятно и полезно для развития. Тем более что развиваться есть куда.

Г-н Попович успел даже дать интервью о своем карьерном росте «Газете по-киевски», из которого ясно, что он пока плохо представляет, где пролегает грань между «искусством и непристойностью». «Мне пока не известно, каким образом отделяют одно от другого у нас, — сказал он, — но насколько я знаю, в мировой практике такие критерии существуют. В упрощенной форме их можно выразить такой формулой: демонстрация обнаженного человеческого тела — это эротика, демонстрация же полового акта или его имитации — это порно».

На самом деле в «мировой практике» ничего подобного нет. По крайней мере в той ее части, которая относится к цивилизованному миру. Ведь, исходя из цензорской декларации Мирослава Поповича, к порнографии придется отнести даже невинные видеокассеты с выпусками «Плейбоя», которые продаются в Украине на уличных раскладках. На них тоже иногда попадаются имитации половых актов!

Но в Соединенных Штатах и Западной Европе «Плейбой» и его журнальные клоны считаются не просто эротикой, а ее «мягкой» разновидностью. У нас же, по логике члена комиссии, к эротике можно причислить только картинки в медицинской энциклопедии и одиноко стоящие древнегреческие статуи в музеях, не решающиеся приближаться с неприличными предложениями к другим статуям. Да и музеи далеко не все получат право на жизнь. Единственный пока в Украине Музей секса в Харькове однозначно придется закрывать — среди его экспонатов попадаются и такие, что «демонстрируют» то, что вызывает опасение у почтенного профессора....

Заслуживает интереса и поспешность, с которой назначили экспертов, и их состав. Близкие к Президенту люди явно спешили. Старый Кабинет Министров, утвердивший состав этой комиссии, доживает последние дни. И даже статус его двусмысленен. По версии Виктора Ющенко, вроде полноценное правительство. По мнению же парламента, только и. о. Кабмина. Но как бы то ни было, «Наша Украина» торопится расставить, где можно, своих людей, чтобы впоследствии хоть как-то влиять на распределение сил в медиапространстве.

Национальная комиссия по защите общественной морали — абсолютно бесполезный орган. Ни от какой настоящей порнографии она не будет никого защищать. Порнография давно и прочно обосновалась в интернете. Но комиссия не так безобидна, как кажется на первый взгляд. На самом деле она должна служить дубинкой. Прежде всего для воздействия на непокорных кинопрокатчиков.

Давно в верхах власти бродит идея заставить кинопрокат перейти на украинский язык. Тот вполне резонно возражает, что такая инициатива похоронит кино как бизнес. В отличие от сел, города в Украине преимущественно русскоязычны. Поэтому публика предпочитает смотреть фильмы на русском. Тем более российские фильмы — такие, как «9-я рота», «Турецкий гамбит» или «Ночной дозор». Перевод их просто не имеет смысла. Зрители и так все понимают и вместо голоса Никиты Михалкова или Федора Бондарчука не хотят слушать запинающееся блеяние переводчика, который никогда не передаст оттенки интонаций и накал страстей, сыгранных подлинными звездами.

Украинская власть боится этих фильмов. Они современны, сделаны на высоком техническом уровне и в нужных местах по-хорошему эротичны. И тем более легко обошли в прошлогоднем прокате далекие от наших проблем американские боевики. Но ту же «9-ю роту» было бы легко запретить, потому что в ней есть великолепная откровенная сцена. Запретить на самом деле не за нее, а за то чувство ностальгии по бывшему СССР, которое вызывает фильм в целом. Налицо явно инквизиторский прием, которым в будущем, по-видимому, собирается активно пользоваться Президент.

Грань между эротикой и порнографией действительно трудноуловима. В украинском законодательстве нет никаких конкретных вех, которые ее бы определяли. Эксперты контролирующего органа могут руководствоваться чем угодно — своими предрассудками, симпатиями, даже плохим настроением.

Обращает на себя внимание еще одна фраза Мирослава Поповича: «При этом такие произведения не могут демонстрироваться через общедоступное телевидение, газеты, книги, которые могут просматривать дети». Любой фильм с «имитацией», под которую при наличии желания можно подогнать даже объятия двух полуобнаженных влюбленных, способен стать средством давления со стороны власти на неугодный канал или газету. «Подвешивать» будут за одно, а вымогать за «снятие с крючка» — совсем другое. Например, лояльное отображение на телеканалах и страницах изданий действий власти. Кто скажет, что мы гарантированы от такого результата действий экспертов?

Тогда становится понятно, почему на пост председателя выбрана Наталья Сумская — человек без политического лица, никогда по роду деятельности в качестве драматической актрисы не имевший отношения к юридическим тонкостям и обязанный своим назначением только хорошим отношением к себе со стороны Виктора Андреевича.

И она, и ее сестра Ольга, некогда отпрашивавшаяся со спектакля в Театре русской драмы на встречу Леонида Кучмы с его одноклассниками, очень вовремя и очень демонстративно «пооранжевели». Цвет их осенней зрелости заметили наверху. А старшенькой, менее легкомысленной и не замеченной в постоянном зависании на светских мероприятиях, даже дали важное правительственное поручение — присматривать за состоянием нравственности в стране. По сути Наталья Сумская сделает то, что ей предпишут в нужный момент лица, назначившие ее.

С кандидатурой «абабагаламаговца» Ивана Малковича тоже все ясно. Он ярый «вестернизатор» украинского книгоиздания. Причем способный на многое. Не только на издание переводов «Гарри Поттера». Именно Малкович — тот цензор, который при публикации перевода на украинский «Тараса Бульбы» выбросил из него кусок финала. Всего лишь за то, что там было пару добрых слов о России: «Постойте же, придет время, будет время, узнаете вы, что такое православная русская вера! Уже и теперь чуют дальние и близкие народы: подымается из Русской земли свой царь, и не будет в мире силы, которая бы не покорилась ему!..»

В издании «А-БА-БЫ-ГА-ЛА-МА-ГИ» этот гоголевский абзац исчез, словно его и на свете не было. А еще одна гоголевская фраза: «Да разве найдутся на свете такие огни, муки и такая сила, которая бы пересилила русскую силу!», пройдя цензорское сито Малковича, изменилась до неузнаваемости: «Та хіба знайдуться у світі такі вогні й муки, така сила, що перемогла б козацьку силу?..»

То, что сделал Малкович, — глубоко аморально. Он пошел не просто на нарушение этики, но посягнул на сами основы издательского дела. Под его изданием Гоголя нужно либо снимать имя автора, либо ставить инициалы самого Малковича. Можно быть несогласным с какойто точкой зрения, но нельзя ее извращать! Ведь в конце концов не исключено, что если «А-БА-БУ-ГА-ЛА-МА-ГУ» допустят к изданию Библии, то ее владелец станет кастрировать и Святое Письмо. Опыт у него уже есть.

Печально, что в числе цензоров я обнаружил имя Андрея Куркова. В его творческом наследии есть хороший роман «Смерть постороннего». Но теперь мы можем говорить о «смерти» писателя. Ведь ни один настоящий литератор ни за какие блага не согласился бы стать цензором. Я не могу представить в роли «эксперта» по вопросам защиты общественной морали Генри Миллера, Михаила Булгакова или Василя Стуса. Писатель не имеет морального права унижаться до роли контролера. Он должен уметь держать дистанцию по отношению к власти. Иначе из независимой общественной фигуры превратится в простого услужающего.

Думается, моральное падение Куркова началось в тот момент, когда он стал секретарем Национального союза писателей — реакционной организации, сумевшей даже в годы независимости прославиться преследованием инакомыслящих.

Его назначение членом комиссии тоже имеет объяснение. Виктор Ющенко, как известно, очень любит комплименты. А панегирическое обращение Андрея к главе государства в одной из газет, где Президент даже сравнивался с потоком льющегося света, вполне могло обратить на себя благосклонный взгляд того, кто сегодня олицетворяет высшую украинскую власть.

Характерно и то, что в прошлом этот новоназначенный член экспертного ареопага уже берег покой общества — правда, в советские времена. В его биографии есть такой интересный факт, как служба охранником в Одесской тюрьме. Тогда приходилось сторожить заключенных. Теперь — нравственные устои. Чтобы не поразбегались.

Я никогда не поверю, что в гробокопатели идут, только чтобы не умереть с голоду. Для этого необходимо призвание. Тяга если не к смерти, то хотя бы к кладбищу. Психи часто трудятся психиатрами, а злодеи — следователями по особо важным преступлениям. По моему мнению, самые великие поклонники порнографии служат в полиции нравов. Защищая общество от воображаемого зла, можно собрать бесплатную коллекцию его экспонатов.

Однако в статусе Национальной комиссии есть ахиллесова пята. Она — неконституционна. Ведь по Основному Закону Украины любая форма предварительной цензуры запрещена. Если в стране найдется активная группа защитников свободы, которая поставит перед Конституционным судом вопрос о правомерности существования такого экспертного органа, то клуб любителей смотреть порнуху за счет налогоплательщика, делясь с ним огрызками со своего цензорского стола, прикроют в два счета. И будет за что!

Олесь БУЗИНА

Источник: Газета «2000»